Григорий Кронин
Месяц март. По Восточно-Карельской железной дороге поезд движется на север, к Белому морю, и дальше, к Мурманску. За окнами снег, метель, бескрайние леса и бесчисленные замёрзшие озёра. Пассажиры ёжатся от холода и заводят долгий разговор о своей тяжёлой жизни. Кто откуда и куда? Моряки в Мурманск - по служебным делам. Студентка в Кандалакшу - проведать родителей. Учительница в Кемь - из Москвы, где гостила у друзей. Глядя в окошко, все дрожат, обжигаются чаем, мечтают о скорой весне и с удивлением слышат разговор двух молодых людей.
В Лодейном Поле:
- Как там за окном, есть надежда на лучшее?
- Кажется, да... Но здесь ещё слишком тепло. Вон, на реке лёд треснул, проталины на склоне.
В Петрозаводске:
- Смотри, по льду Онеги автомобиль едет - хорошая примета.
- Да, только бы весна повременила ещё недельку.
В Сегеже:
- Кажется, нам повезло с погодой - снега навалило по самые уши.
- Снега-то много, а главное - чтобы лёд надёжный был...
К нам подсаживается отставной военный из соседнего купе: "Ребята, извините, вот я вижу, у вас мешки тяжёлые и лыжи - это что, какая-то экспедиция?". Наш ответ удивляет всех: "Мы едем в отпуск - отдыхать".
Да, мы отдыхаем зимой в Карелии. Наш отдых - это лыжные походы по заснеженным безлюдным островам, лесам и болотам. В этом году мы избрали своей целью Беломорский район. Острова и южное побережье Белого моря предоставляют широкие возможности для зимнего туризма, походов разной сложности - от однодневных скоростных покатушек по гладкому льду до рискованных вылазок на отдалённые острова. Для тех, кто никогда не был в зимнем походе, туристы-лыжники, решившиеся на многодневный поход, часто представляются какими-то особенно тренированными, выносливыми и стойкими людьми. По сравнению с летними туристами разница вроде как между космонавтом и обычным лётчиком. Это не так. Мы обычные люди, по физкультуре в школе имели "между тройкой и четвёркой", в проруби не купаемся и даже зарядку по утрам не делаем.
Море. С ним нужно на "Вы". Море следует уважать. Оно запросто может пошутить с незадачливым новичком - сильный ветер взял, да и утащил часть наших вещей. Наверное, летели они, кувыркаясь, до самых Соловецких островов. Догнать невозможно, но долго ещё в бинокль был виден мой любимый коврик, на котором так хорошо спалось прошлой зимой в снежной пещере у Онежского озера. Придётся покупать новый. На льду много трещин. В конце марта между островами лёд крепкий, выдержит и трактор, но в узких проливах приливы и ветер создают причудливые нагромождения ледяных глыб в человеческий рост. В разных частях Сумской губы такие конструкции выглядят по-разному, на них отдыхает глаз, которому необходимо зацепиться за что-нибудь среди белого безмолвия. Вблизи берега на ледяных глыбах видны следы прибрежных растений - возможно, мы выходим на низкий остров, который, будучи полностью покрыт толстым слоем снега, слился с поверхностью морского льда и может быть найден лишь по таким вот приметам.
Останавливаемся на отдых на небольшом островке (местные жители называют их "луды"). Он состоит из одних камней, кое-где с южной стороны покрытых мхом и лишайником. Удивителен ярко-зелёный цвет мха - как будто он живой. А он и в самом деле живой, это многолетнее растение, приспособившееся к существованию на скудных микроскопических частицах почвы, покрывающих отполированную ветром поверхность.
Поднявшись на гору близ Юково и оглядев окружающее море с высоты птичьего полёта, мы были поражены - оказывается, открытая вода совсем рядом! Ночуя на Седострове, мы не подозревали, что всего в одном километре к северу проходит граница льда. В бинокль с вершины видны дальние острова, волны с грозными барашками и дрейфующие льдины. Отчётливо слышно, как шумит далёкий прибой.
Избушки. Летом человек - не редкий гость на прибрежных беломорских островах. Жители окрестных селений часто приплывают сюда. Рыбаки и охотники построили через каждые несколько километров небольшие избушки, дающие зимой приют лишь туристам - по мнению рыбаков, совершенно сумасшедшим людям. Как правило, в рыбацкой избушке есть небольшая печка, и всегда достаточно места для двух туристов, которым не привыкать ночевать и в более скромных условиях. С нашей точки зрения, рыбацкие избушки на Белом море - комфортабельные гостиницы. Относиться к ним и их хозяевам следует с уважением. То, что для нас - всего лишь недельный отдых, для них - тяжёлый труд и источник существования.
Всё-таки один раз палатка пригодилась нам, когда очередная избушка оказалась без крыши. Но и такая постройка неплохо защитила от ветра наше переносное походное жилище, которое мы втиснули внутрь избы на нары. Сначала сгоряча принялись выгребать из избушки снег, но затем прикинули его объём и массу, которая оказалась не меньше 3 тонн (кубометр мокрого снега весит около тонны) - работка на целый день.
Другое рыбацкое пристанище искали особенно долго, а найдя, были вынуждены целый час выкапывать нору, чтобы попасть внутрь. Уровень снега достигал крыши. Труд был вознаграждён ночёвкой рядом с тёплой печкой. Жаль, что внутрь почти не попадал дневной свет - окошки оказались ниже высоты сугробов. В одной из избушек некое подобие красного угла - на балке над входом вырезан топором крест и символы, значение которых мы, к сожалению, не поняли.
Избы постепенно разрушаются, но стараниями местных жителей появляются и новые. По сообщениям друзей, ходивших тем же маршрутом десять лет назад, изб было тогда больше. Одну из них, которая ещё существовала в 1993 году, мы не смогли отыскать. Возможно, она сгорела или была разобрана. Отсутствие точной информации о наличии той или иной избы придаёт походу приятный элемент неопределённости - никогда не знаешь наперёд, где и как предстоит ночевать.
Природа. Не стану делать вид, будто мы предпочитаем зимнюю природу летней. Конечно, суровый климат, мороз, ветер, сугробы - это не так замечательно, как цветение черёмухи, созревание морошки и соловьиное пение. Но зимние походы заставляют более пристально, чем летом, приглядываться к окружающему, замечать детали и оттенки, которые в иное время утонули бы среди многообразия звуков и запахов. Видеть великое в малом, невероятное в очевидном. И более строго относиться к себе. Зима не всегда даёт право на ошибку.
Суровость зимней беломорской погоды определяется не морозом, а ветром. Даже при оттепели на сильном ветру можно обморозить лицо. В первый день похода, вблизи Сумострова, ветер разошёлся настолько, что мы падали на лёд, не в силах удержаться на ногах. Некоторые лыжники считают, что попутный ветер помогает идти. Наверное, это так, если двигаться налегке. Но когда идёшь с грузом - лучше бы никакого ветра не было. По нашим наблюдениям, за всё время движения по морю в светлое время суток был только один час без ветра. Мы успели привыкнуть к постоянному движению воздуха, и даже перестали обращать на него внимание. К счастью, познакомиться с настоящими сильными штормами нам не пришлось.
"Как вам не страшно одним ночевать в лесу, среди диких хищных зверей?". Не стану делать вид, что не страшно. Очень страшно. И интересно. Кстати, пострадать в лесу от волчьих зубов гораздо менее вероятно, чем угодить в городе под автомобиль. Самое опасное животное в Карелии - энцефалитный клещ - зимой не страшен, а самое противное - комар - пребывает в стадии личинки. За время похода мы один раз видели старые следы одинокого волка. Встретили также стаи тетеревов и белых куропаток. Много ворон. Мелкие птицы уже чирикают по-весеннему, когда выглядывает солнце.
В ясную погоду утром или вечером, когда солнце стоит невысоко, особенно насыщенный цвет приобретают вечнозелёные ели, сосны и можжевельник. Они даже пахнут по-летнему, напоминая, что зиме скоро придёт конец. На открытых болотах весной появляются проталины, радует глаз прошлогодняя клюква.
Туристы из встреченной нами группы (единственной за весь поход) сообщили, что вблизи Сумского Посада рабочие, строя линию электропередачи, разбудили двух медведей. Одного успели застрелить, но пока за ним бегали, второй медведь скрылся. Бродит, наверное, шатун в поисках лёгкой добычи по берегу моря, заглядывает в деревни и избушки. Страшно? Да, очень!
Юково. На карте Карелии, напечатанной в 90-е годы, деревня Юково обозначена как жилая. Но со времени издания карты прошло время. Несколько лет назад последний старик - постоянный житель Юково - переселился поближе к железной дороге, в Сумский Посад, и теперь зимой деревня необитаема. Некоторые жители возвращаются в родные дома летом, когда деревня на несколько месяцев оживает. Но это уже не настоящая жизнь. В следующем издании атласа слово "Юково" будет подчёркнуто пунктирной линией - так обозначают деревни, исключённые из официального списка жилых населённых пунктов. Обычная история для современной Карелии.
За свою долгую (не менее пяти веков) историю деревня Юково знала лучшие времена. Здесь издавна жили поморы, удивительно удачно выбравшие место для поселения - дома окружены холмами, смягчающими сильные ветра. Именно каменистые холмы создают неповторимый образ и микроклимат Юково, типичной поморской деревни южного берега Белого моря. Ещё живы люди, которые помнят, как море кормило не один десяток семей; здесь звучал детский смех, старинные песни, стук топоров, моторы рыболовных судов. В деревне была электростанция, рыболовные причалы, пункт заготовки морских водорослей, общественные хозяйственные постройки. Сейчас о них напоминают лишь развалины. На некоторых домах ещё сохранились телевизионные антенны. Электричества нет уже давно, а ведь к каждому строению были в своё время заботливо подведены провода, в домах сделана электропроводка, существовало даже уличное освещение. Следы былого благополучия видны и сейчас, когда на смену электрической лампе вновь пришла керосиновая.
Связь Юково с внешним миром поддерживается летом по морю, а зимой - по снегоходному зимнику, ведущему из Сумского Посада через болото, море и лес. Переход по этому зимнику занял у нас два дня, налегке можно было бы пройти и за день. В межсезонье добраться до Юково можно лишь пешком через лес. Мы ночевали в деревне одни. Странно как-то было, жутковато, не по себе. Казалось, что ушедшие жители незримо присутствуют где-то поблизости.
Подняться на вершину горы Медвежья Голова оказалось по силам только одному из нас. На преодоление скал, глубокого снега и поваленных деревьев ушло не менее получаса. Вдвое больше времени и сил занял спуск. Но прекрасный вид с вершины на море, деревню и холмы заставил забыть о трудностях. Он останется в нашей памяти навсегда, как, зримый образ Поморского Берега.
Люди. Обычно мы ходим в походы не для того, чтобы искать человеческого общества. Скорее наоборот. Дни, когда не встречено ни одного человека, считаю удачными. Такой день был в нашем походе только один. Но здесь, в Беломорье, особенно вдали от города, случайные встречи с человеком интересны. Да и мы, в свою очередь, не ударим в грязь лицом - столичным жителям есть что рассказать интересующемуся, если он того захочет. Все люди, с которыми мы общались на маршруте, а также в Беломорске, Сумском Посаде и Вирме, нам понравились очень. Надеюсь, что это ощущение было взаимным.
Беломорчане, спасибо вам за прекрасный приём, оказанный нам. Мы расскажем об этом своим друзьям-туристам, и посоветуем приезжать на Белое море - в любой сезон и в любую погоду.
Беломорск - Санкт-Петербург.
Март-апрель 2003.
За предоставленную информацию выражаю благодарность Надежде Дерибиной, и, конечно, автору.